slide
slide
slide
slide
slide
slide
slide
slide
slide
slide
form-img
slide
slide
slide
slide
slide
slide
slide
slide
slide
#Симферополь
Володя Зеленчук, 9 месяцев
ВПС, атрезия лёгочной артерии 3 типа, ДМЖП, ДМПП, АОП, БАЛК, НК 2 А-Б ст.
Документы
0%
6 526 395 ₽
9 627 115 ₽
Осталось собрать: 3 100 720 ₽
История ребёнка

Володя — очень смышлёный и любознательный малыш. Он неудержимо стремится изучать новый для него мир и часто просится на ручки к родным: чтобы подняли повыше и показали, что есть вокруг. Мальчик старательно развивает новые навыки, пытается ползать и самостоятельно садиться, но всё это даётся ему с огромным трудом. Чем больше движения, тем быстрее ребёнок устаёт. Его мучает сильная одышка, губы и пальцы приобретают фиолетовый оттенок.

Такие симптомы характерны для цианотических, или «синих», врождённых пороков сердца, у Володи один из самых тяжёлых — атрезия лёгочной артерии 3 типа. Он означает, что лёгочная артерия у малыша оказалась недоразвита и не имеет сообщения с правым желудочком, откуда венозная кровь должна поступать в лёгкие. Через дефекты межжелудочковой и межпредсердной перегородок, открытый артериальный проток и развившуюся сеть вспомогательных сосудов, коллатералей, кровь всё же находит свой путь к лёгким, но из-за смешения венозного и артериального потока органы недополучают кислород, а лёгкие испытывают чрезмерную нагрузку.

О том, что у ребёнка нарушено строение сердца, родители Володи не знали вплоть до первого осмотра неонатолога. Беременность была запланированной и желанной, на протяжении всего срока будущая мама чувствовала себя отлично, и все скрининги показывали, что плод развивается нормально. После планового кесарева сечения состояние малыша врачи оценили на 10 баллов из 10 по шкале Апгар. Тогда казалось, что столь долгожданная встреча откроет новую счастливую главу для молодой семьи.

Однако на второй день жизни Володи неонатолог обратила внимание на сероватый цвет его кожи и услышала шумы в сердце. Ребёнка срочно забрали в отделение интенсивной терапии. Маме позволяли приходить к боксу каждые три часа, но всё, что она могла — это беспомощно стоять рядом, понимая, что ничего не может сделать для сына, и убеждая себя, что всё происходящее — это какая-то чудовищная ошибка.

Поскольку в роддоме не было необходимого диагностического оборудования, Володю на реанимобиле увезли в Крымскую республиканскую детскую больницу. Мама, несмотря на то, что после операции кесарева сечения прошло только три дня, выписалась и вместе с папой отправилась вслед за своим малышом. Проведённая в РДКБ эхокардиография показала, что порок критический, но точный диагноз установить так и не удалось. Тогда врачи связались с Краснодарским кардиоцентром, и уже через несколько часов Володю отправили туда на санавиации, сбившиеся с ног родители — вслед за ним на машине.

«С самого утра мы уже были у кардиохирурга. Тогда нас молнией пронзили его слова: „У вашего ребёнка тяжелейший порок сердца, сложная анатомия, пока мы делаем обследования и не можем ничего сказать. Ждите, мы вам позвоним“. После обеда муж снова направился к врачам, один. После дороги и стресса сил у меня не осталось совсем, ходить я практически не могла. Через полчаса звонок: „Нашему сыну сделали операцию, всё хорошо. Завтра можно навестить в реанимации“. И тут меня накрыло бурей слёз. Наконец появилась надежда, что всё уже хорошо. Но это было не так. Вернувшись, муж рассказал о страшном диагнозе — и что мы лишь в начале пути.»

В Краснодаре Володе был расширен стентом открытый артериальный проток, что позволило увеличить объём крови, идущий в лёгкие, и немного поднять уровень сатурации. Однако дальнейшие операции спланированы не были. При выписке врачи рекомендовали регулярно наблюдаться у кардиолога, раз в несколько месяцев проходить эхокардиографию, а также оформить инвалидность, поскольку у порока сложная анатомия и возможностей для его радикальной коррекции они не видели.

Тем не менее, родители Володи не теряли надежды. Они отправили документы в сильнейшие кардиоцентры страны — приглашение на операцию получили лишь из НМИЦ им. Е. Н. Мешалкина: снова только паллиативная коррекция. Тогда семья стала обращаться за помощью в зарубежные клиники. Долгожданный ответ пришёл из испанского госпиталя «Дешеус» от кардиохирурга Рауля Абелья: он готов в несколько этапов полностью вылечить сердце малыша. Родители не колебались ни минуты: они знали, что доктор специализируется на радикальной коррекции атрезии лёгочной артерии у таких маленьких пациентов, как их сын, — и проводит сложнейшие операции с почти максимальным процентом выживаемости.

В испанской клинике для Володи запланировано подробное обследование, которое поможет определить состояние лёгочной артерии и объём имеющихся коллатералей, а также два этапа коррекции порока — сначала имплантация клапанного протока между правым желудочком и лёгочной артерией, а затем закрытие дефектов, которые прежде помогали компенсировать нарушенную работу сердца. Счёт на всё лечение составил 115 530 евро, или 9 627 115 рублей по курсу Альфа-Банка (80,33 + 3) рубля за 1 евро.

«Увидев сумму, мы растерялись, ведь понимали что ни заработать, ни занять такие деньги невозможно для нашей семьи, а времени всё меньше. С каждым месяцем состояние Володи ухудшается, уровень сатурации становится всё ниже. Каждую ночь я сквозь сон прислушиваюсь к дыханию сыночка. Нам нельзя допускать, чтобы он плакал: от этого он синеет и может потерять сознание. Для него опасна малейшая простуда, потому что могут воспалиться ткани сердца. Поэтому малыш общается только с самыми родными. Володя — наше маленькое счастье, самое важное в нашей жизни. Поэтому мы умоляем вас, уважаемые благотворители, помогите спасти нашего сыночка, помогите ему расти здоровым ребёнком!»